Бой в луже

Луна струила на лужу оранжевый свет. Горелик, в красном галстуке, дурацком колпаке, стоял в грязи напротив пьяного Толяна, готовясь к схватке.

Толян – пузатый, неуклюжий боец с длинными волосатыми руками, выглядел настоящим Голиафом по сравнению с «непобедимым Горелым». К тому же великан этот был с головы до пят измазан грязью – попробуй-ка его, ухвати!

Первым начал атаковать Толян. Он пошатнулся и тяжелой поступью двинулся на Горелого». Претендент на чемпионский титул принял боксерскую стойку.

Пьяно пошатываясь, Толян размахнулся во всю свою ширь молодецкую и попытался ухватить, как бы крюком, соперника за шею. Горелый нырнул ему под руку. Толян взмахнул другой рукой – и его противник продемонстрировал еще один изящный уход от захвата. При этом Горелый нанес Толяну хлесткий удар по корпусу правой рукой.

Среди болельщиков послышались возгласы одобрения. Окрыленный успехом, Горелый перешел в контрнаступление. Делая ложные выпады руками и финтя корпусом, он вошел в ближний бой и провел серию блестящих ударов по пузу чемпиона Чёртовни.

– Так его, сынку, так! Мочи! – закричала Клеопатра.

Горелый своевременно вышел из ближнего боя и, сделав несколько обманных движений, вновь ринулся в атаку. Он хотел было «замочить» Толяна по «дыне», но тот вдруг пьяно пошатнулся, и как-то бессистемно, словно от мухи, отмахнулся он назойливого бойца. Широкая, как блин, ладонь, заехала Горелому в рожу и он, отлетев от Толяна, с недоумением уселся в лужу.

– Ничего, сынку! – ободрила его мамка. – Наше дело правое! Мы победим!

Грозно пошатываясь, Толян приблизился к Горелому и неприятно ухмыльнулся. «Непобедимый воин», по-видимому, находился в нокауте. Толян протянул к нему свои длинные «грабли». Горелый помотал головой и – не будь дурак – зачерпнул пригоршню грязи. Он швырнул её в глаза обладателю черного пояса. Толян недовольно заворчал, задрал голову и стал тереть глаза руками. Горелый вскочил на ноги, и принялся обрабатывать своего противника кулаками. Болельщики возбужденно гудели – их симпатии по-прежнему оставались на стороне этого маленького настырного беса.

– Давай, Горя, давай, заделай этого недоноска! – кричала Белла.

– Так его, гада! Так! – кричал Белиберда. – Мочи его, Горик! Знай наших! Мочи!

Толян вслепую махнул рукой – и Горелый вновь отлетел в лужу. Но, впрочем, тут же подскочил и снова устремился в бой. Удары посыпались на Толяна, как из рога изобилия. Чемпион Чертовни протер глаза. Он разозлился не на шутку, видя, что ему никак не удается справиться с каким-то залетным бесёнком, и начал махать руками, как ветряная мельница крыльями, гоняя Горелого по всей луже. Но тот, играя корпусом, ловко подныривал ему под руки и проводил серии ударов по пузу и ниже. Всякий раз, когда ему удавалось уйти от размашистых ударов Толяна, раздавался смех и слышались возгласы одобрения. Наконец счастье все же улыбнулось Толяну: он поймал этого юркого чертенка, сдавил его в своих могучих объятиях и оторвал от земли. Перед глазами у Горелого поплыли красные круги. Тем не менее, ему все же удалось дотянуться зубами до уха Толяна, он клацнул ими, Толян взвыл от боли и тиски его стальных объятий разжались. Из уха Толяна полилась горячая кровь. Горелый выплюнул кусок откушенного уха в лужу. Ошалев от горячей крови противника, брызнувшей ему в лицо, он поднял ногу и нанес Толяну сокрушительный удар в промежность. Голиаф квакнул, как лягушка и, выпучив глаза, схватился за пострадавшее место. Горелый сложил руки топориком, сделал шаг в сторону и, словно дровосек, нанес резкий удар по шее за откушенным ухом. Голова чемпиона поникла, словно тюльпан. Горелик схватил ее за длинные волосы, немного приподнял, чтобы было удобней «работать» и стал с наскока бить коленом по окровавленной роже.

– Так его! Так! – бесновались бесы, возбужденно вскидывая пальцы, раздвоенные рожками. – Мочи его, Горелый! Мочи!

Горелый крутанул Толяна за патлы, развернул вокруг своей оси, и пренебрежительно пхнул в лужу. Поверженный чемпион плюхнулся к его ногам. Он сделал слабую попытку приподнять голову.

– Лежать! – зарычал Горелый, и нанес ему удар ногой по сопатке.

Толян хрюкнул и затих. По луже поплыло кровавое пятно. Горелик поставил ногу на тело поверженного врага и победно вскинул кулак.

– Yes! – крикнул Белиберда.

– Вау! – закричали черти.

– Нет! Так не считается! – запротестовал прыщеватый. – Он не прошел допинг-контроль! И, к тому же, укусил Толяна за ухо!

– А не фиг было уши расставлять! – крикнула Клеопатра. – Чистая победа! Ура новому чемпиону Чёртовни!

Продолжение 24 На дурьем озере

Генератор идей

В управлении криминальной полиции хорошо знали, что при ведении расследований комиссар Конфеткин зачастую прибегал к помощи чудодейственных средств.

Взять хотя бы нашумевшую историю о доверчивом принце из тридевятого государства, который был заколот кинжалом во время сна одним злобным завистником, решившим жениться на его невесте. Тогда Конфеткин воскресил юношу из мертвых, влив ему в рот живой воды, а затем изобличил подлого убийцу и бросил его к ногам обманутого короля. Старожилы помнят и о блестяще проведенной операции по освобождению Иванушки, который попал в грязные лапы злой коварной бабы яги. На ее завершающей стадии за ними по пятам гнался свирепый великан. Комиссар метнул за спину гребешок – и позади него вырос непроходимый лес. Подобных чудес в практике легендарного комиссара было великое множество. Стоило Конфеткину лишь свиснуть в свистульку, потереть кремень, или просто щелкнуть пальцами – как на помощь ему являлись конек-горбунок, жар-птица, собаки с огромными горящими глазами и другие сказочные персонажи.

Создавалось впечатление, что с таким обширным арсеналом волшебных средств, Конфеткину не составляет никакого труда раскрыть любое преступление. Непосвященным казалось, что нет ничего проще, как, сидя у себя в кабинете, послать за тридевять земель Джина из волшебной лампы или кота в сапогах и поручить им, расследовать то, не знаю, что. Однако в действительности все обстояло совсем иначе. Волшебства, хотя и весьма полезные в повседневной детективной работе, тем не менее, играли лишь прикладную роль. Главный же процесс расследования протекал подспудно, сокрытый от посторонних глаз.

Лишь очень немногие, хорошо знавшие Конфеткина люди, понимали, что дело тут не во внешних эффектах. Причины поразительных успехов Конфеткина коренились совсем в ином.

Душа комиссара была связана с небесами. Он обладал поистине золотым сердцем. Когда Конфеткин брался за дело, он не искал выгоды для себя. Видя несправедливость, он восставал против нее всей душой, он шел на помощь обездоленным, нисколько не заботясь о своей собственной персоне.

Острый проницательный ум, железная воля, озаренная светом горней любви, вели его неисповедимыми путями к благородной цели.

Как никто иной, он умел сопереживать бедам простых людей. При расследовании очередного преступления, Конфеткин как бы вживался в чувства и мысли своих фигурантов по делу и начинал предугадывать их возможные поступки.

Рано или поздно, но наступал момент, когда для него уже не оставалось никаких тайн. Разрозненные факты слагались в целостную гармоническую картину. Оставалось лишь надеть на преступника наручники и препроводить его в тюрьму.

Иными словами, все творимые Конфеткиным чудеса являлись следствием упорной, кропотливой работы, направленной во благо всех живых существ.

Однако в Тарабарском королевстве было немалое число людей, придерживающихся иной точки зрения. Эти люди завидовали Конфеткину, считая его наивным простаком, который не умеет, как следует распорядиться своими сокровищами.

Вот если бы и у них был кот в сапогах, или конек-горбунок! Если бы да кабы им помогала волшебная фея, или золотая рыбка!

Сколько пустых мечтателей, бездарей и хвастунов было рассеяно по разным сказкам! Но как ни пыжились эти бескрылые людишки, как ни пытались они свершить что-то значительное – ничего у них не выходило.

Когда комиссар Конфеткин, после бурной бессонной ночи, явился во Дворец Правосудия, там его уже поджидал некий напористый человек в клетчатом костюме и клетчатой фуражке в стиле «Доктор Ватсон”. На ногах у незнакомца были узкие желтые сапоги. Из верхнего кармашка пиджака, наподобие розы, выглядывала лупа в черной оправе с крупным увеличительным стеклом. Человек в клетчатом был худощав, и в его облике просматривалось нечто лошадиное. При появлении Конфеткина он повел себя довольно развязно.

– Дорогой комиссар! – воскликнул незнакомец, обнажая в длинной улыбке крупные квадратные зубы и простирая руки к Конфеткину. – Рад! Чрезвычайно рад вас видеть! Разрешите представиться: мистер Каппучини. Давний и горячий поклонник вашего незаурядного таланта.

Комиссар поморщился. Этот Каппучини с первых же секунд вызвал у него антипатию. Неужели этот тип не смог достать себе уже заодно и клетчатых сапог, с иронией подумалось ему. Если уж начал рядиться во все клетчатое – следует быть последовательным до конца.

– Наслышан! Наслышан о ваших методах! – затрещал мистер Каппучини. – Ну, да, конечно, нам, за синими морями, за дремучими лесами, до вас далеко. Но, позвольте заметить вам, господин комиссар, и мы тоже не лыком шиты! Го-го-го!

Запрокинув голову, мистер Каппучини разразился самодовольным смехом.

– Я тут набросал несколько прожектов – не изволите ли ознакомиться? – небрежным тоном осведомился он.

– Сейчас я занят, – проворчал Конфеткин.

– Понимаю, понимаю! Дела! Большие дела! – осклабился Каппучини. – Но это займет у вас лишь несколько минут. И, поверьте мне, комиссар, дело того стоит!

Конфеткин бросил укоризненный взгляд на Бублика, находившегося в дежурке. Впрочем, упрекнуть комиссару его было не в чем – его подчиненный не мог воспрепятствовать визиту этого настырного прожектера.

– Ладно, – скрипя сердце, согласился Конфеткин. – Входите. Но учтите: я смогу уделить вам не более 5 минут.

Мистер Каппучини подхватил с пола пухлый желтый портфель и, расточая лошадиные улыбки, устремился в кабинет вслед за комиссаром. Здесь он без лишних церемоний водрузил портфель на стол.

– Я – человек дела! – бодрым тоном возвестил прожектер. – А потому не буду ходить вокруг да около и сразу перейду к существу вопроса. Итак, что мы имеем на сегодня? А на сегодня мы имеем следующее…

Он принялся загибать пальцы на руке:

– У вас имеются: шапка-невидимка, сапоги скороходы, волшебная дудочка, говорящий кот, ну, и всякое такое. А чем располагаю я?

Тут человек в клетчатом выдержал эффектную паузу, пытаясь заинтриговать комиссара. Поскольку это не произвело на Конфеткина никакого впечатления, мистер Каппучини застучал себя пальцем по лбу.

– А у меня имеется ум! – сообщил он. – Я обладаю деловой хваткой, предприимчивостью и острым коммерческим нюхом! Могу организовать любое дельце! Вот тут, в моём портфеле, лежит не менее десятка великолепных прожектов! Вы меня понимаете? Я – Генератор идей!

– Допустим… И что же дальше?

Мистер Каппучини соединил руки обручем:

– Я предлагаю объединить наши возможности!

– С какой целью?

– С самой благородной!

Человек в клетчатом вынул из портфеля кипу бумаг. Порывшись в них, он выудил какую-то потрепанную карту и расстелил ее на столе.

– Вот смотрите, – он накрыл ладонью часть карты. – Это – сад во владениях одного престарелого колдуна. В нем растут молодильные яблоки. Так вот, с вашей шапкой невидимкой, сапогами скороходами и говорящим котом я берусь нарвать целое ведро яблок!

– А зачем вам это? – спросил комиссар, посасывая леденец.

– Как – «зачем»? – опешил прожектер. – Съев такое яблоко, человек становится молодым! Неужели вы думаете, что на такой товар не найдется спроса? Уверяю вас, мы сможем реализовать каждое яблочко не меньше, чем за сто золотых монет!

В глазах комиссара появились лукавые огоньки.

– И что, все это так просто?

– Ну… тут есть одна небольшая загвоздка…

– Какая?

– Дело в том, что сад сторожат два огнедышащих дракона… И, сверх того, там установлена сигнализация из волшебных колокольчиков. Ну, сигнализацию-то мы с вами отключим – тут проблем нет… А вот с драконами будет посложнее… Так что придется вам надеть шапку невидимку и, как нарвете яблок – сразу же просунете их мне через дыру в заборе. А уж я буду ждать там наготове, в сапогах скороходах.

– Иными словами, вы предлагаете мне принять участие в воровстве с целью наживы?

Человек в клетчатом горячо запротестовал:

– Ну что вы, что вы, господин комиссар! Мы сделаем это из самых благих побуждений! Ведь мы будем возвращать людям молодость! Все будут только благодарны нам! К тому же этот старый колдун – сущий куркуль. Зачем ему столько молодильных яблок? Мы реквизируем их для нужд нашего королевства.

– Но не безвозмездно?

– Естественно! Ведь мы же с вами – здравомыслящие люди! Мы должны позаботиться и о собственных интересах. Поэтому я предлагаю вам 50 процентов от прибыли! А это – огромные деньги, комиссар!

– Вот как?

– Да. Я не привык мелочиться, хотя и понимаю, что главная роль в этом деле принадлежит мне. Ведь это именно я, – прожектер постучал себя пальцами по лбу, – разработал идею! А техническая сторона вопроса, – тут он сделал пренебрежительную отмашку в сторону комиссара, – это уже мелочи, пустяки.

Конфеткин почувствовал, что этот напыщенный наглец начинает его утомлять.

– Так почему бы вам, в таком случае, не реализовать свою идею самому? – спросил он. – И не взять себе все 100 процентов прибыли?

«Генератор» пожевал губами:

– Видите ли, комиссар, для меня деньги – это не самое главное! Так что я не прочь поработать с вами на пару, поделиться своим богатейшим опытом и, в свою очередь, немного изучить ваш стиль работы.

– Боюсь, мне это не подойдет, – поморщился комиссар. — Более того: если престарелый колдун обратится за помощью в правоохранительные органы – я буду вынужден привлечь вас к ответственности за воровство.

Мистер Каппучини с шутливой улыбкой поднял руки вверх:

– Хорошо, хорошо! Сдаюсь! Забудем об этом. Тем более, что у меня есть другой, совершенно безобидный, вариант.

Делец убрал карту со стола и расстелил на ее месте какой-то пожелтевший пергамент.

– Ну? Что скажете?

– Ничего. Поскольку мне неизвестно содержание этого документа.

Человек в клетчатом постучал по пергаменту пальцем:

– Это – указ одного несчастного короля. Его дочь, царевна Несмеяна, льет слезы без всякого повода вот уже третий год. Тому, кто рассмешит ее, король пообещал в награду полцарства. Многие деловые парни уже пытались провернуть это дельце – но пока безуспешно. Однако, с моей помощью, мы рассмешим Несмеяну в два счета!

– И каким образом?

– У вас имеется кривое зеркало?

– Допустим.

Каппучини с лошадиной улыбкой подмигнул Конфеткину:

– Так вот, доставим его во дворец короля! Царевна посмотрит в него – и обхохочется. Ну, как вам моя идейка?

Комиссар устало смежил веки. После бессонной ночи у него покалывало в висках, и он никак не мог, как следует сосредоточиться на деле Буратино. А тут еще этот олух Каппучини…

– Ну, что? По рукам? Дело – верняк! – трещал Генератор Идей.

Эти полусумасшедшие прожектеры… Они почти ежедневно захаживали к Конфеткину, давали ему бесплатные советы, поучали, как следует вести дела, предлагали свое участие во всевозможных бредовых предприятиях. Почтовый ящик Дворца Правосудия уже ломился от их нелепых предложений. И с этим ничего нельзя было поделать.

Комиссар приоткрыл глаза:

– А если не обхохочется?

Клетчатый замялся:

– Ну… тогда претенденту на полцарства отрубят голову. Однако с нашим кривым зеркалом, – поспешил заверить мистер Каппучини, – это полностью исключено!

– Спасибо за предложение, – сказал комиссар. – Но у меня только одна голова на плечах, и я ей очень дорожу. А сейчас прошу извинить, у меня еще много работы.

– Ну, что ж, – сказал мистер Каппучини, не желая уходить с пустыми руками, – если вы так перегружены делами – могу предложить еще один гениальный вариант! Вам вообще ничего не придется делать! Абсолютно! Просто сдаете в аренду свои сапоги-скороходы и шапку невидимку одному весьма надежному человеку. И преспокойно занимаетесь своими текущими вопросами – а денежки, тем временем, сами капают в ваш в карман!

– Благодарю вас, но меня это не интересует, – твердым тоном отрезал Конфеткин. – А теперь прошу покинуть мой кабинет, поскольку ваши пять минут истекли.

Человек в клетчатом стал собирать в портфель свои прожекты.

– Ладно, – сказал он. – Но, если вдруг передумаете – звоните по этому телефону.

С этими словами прожектёр оставил на столе Конфеткина свою визитную карточку. Когда он был уже в дверях, комиссар окликнул его:

– Мистер Каппучини!

Генератор идей обернулся:

– Да?

На устах комиссара играла озорная усмешка.

– Вы еще не отказались от мысли рассмешить царевну Несмеяну?

– Нет.

– Тогда я знаю, как вам помочь.       

Конфеткин хлопнул в ладоши и желтые сапоги мистера Каппучини превратились в клетчатые.

– Теперь царевна Несмеяна наверняка обхохочется!

Продолжение 18 Доклад Маркизы