Виктор Кузнецов

Французская карьера русского герцога


 

Кому из глав французского правительства в России был поставлен памятник? Генералу де Голлю, возглавившему антифашистское Сопротивление? Эдуарду Эррио, в 1924 году установившему дипломатические отношения с Советами и первым на Западе признавшему СССР?.. Не угадали – этих деятелей хоть и весьма уважали у нас, все же увековечивать никому и в голову не приходило.

Речь идет об Армане Эмманюэле дю Плесси Ришелье – том самом Дюке, что девять лет был генерал-губернатором Новороссии и заложил основу будущего процветания Одессы. Дюк, звавшийся по-русски Эммануилом Осиповичем, был представителем того же аристократического рода, к которому принадлежал и знаменитый кардинал, фактически правивший Францией в 1624-1642 годах (без малого за двести лет до рассматриваемых нами событий).

Сегодня, увы, даже профессиональным историкам из молодых часто невдомек, что глава двух кабинетов эпохи Реставрации и хозяин русского города на Черном море – одно и то же лицо. Ведь даже в многотомной исторической энциклопедии упоминается лишь, что герцог Ришелье, вернувшись во Францию в 1814 году, «занимал ряд государственных постов». Видимо, не к лицу считалось славному русскому деятелю возглавлять правительство  роялистов, пусть даже и поставленное волею русского царя…

На родине герцог Ришелье прожил после возвращения недолго – всего восемь лет. Пять из них он в общей сложности провел на посту главы министерства (так тогда называли правительство), состоявшего менее чем из десяти человек. За время Реставрации сменилось немало кабинетов, и большинство из них оставили по себе худую славу. Ришелье принадлежал к меньшинству.

Вопреки своему классовому происхождению и превратностям судьбы (четверть века в эмиграции, потеря состояния), герцог не примкнул к партии крайних роялистов – «ультра», а вошел в ряды умеренных, так называемых доктринеров. Эти люди желали «национализировать монархию и роялизировать Францию», то есть примирить народ и королевскую власть – в отличие от крайних, видевших в народе лишь скотину, повинную в революции.

Назначая Ришелье главой министерства 24 сентября 1815 года, Людовик XVIII надеялся добиться от победителей щадящих условий мирного договора, особенно в территориальном вопросе. Личный друг Александра Первого, герцог был для этого самой подходящей фигурой. Мир, подписанный 20 ноября, оказался для Франции хотя и тяжелым – с потерей ряда областей, с оккупацией и контрибуцией, но все же не таким похабным, как Брестский мир для России или договор 1871 года для той же Франции. Ришелье тяжело переживал случившееся, называл себя «достойным эшафота», но по общему мнению, с любым другим премьером потери Франции были бы куда большими.

Будучи главой правительства, Ришелье – подобно ельцинским премьерам – не опирался на парламентское большинство. Незадолго до его вступления на пост прошли выборы, давшие победу крайним роялистам. Новая палата депутатов получила название «беспримерной» – в первом же своем обращении к нации она пообещала издание репрессивных законов, приоритет религии над правом и чистку госаппарата от нестойких монархистов.

Ришелье не мог открыто противостоять палате – даже предложенные правительством законы депутаты клеймили как слишком мягкие. Но в одном важном вопросе – об амнистии – он решился отмежеваться от крайних. Речь шла о наказании за участие в «Ста днях» Наполеона – герцог предлагал ограничиться полусотней имен, остальных же полностью амнистировать. Депутаты требовали казнить или изгнать из Франции свыше тысячи видных политиков, а имущество рядовых участников «бунта» подвергнуть конфискации. Их не смущало и то, что проект палаты наделял закон обратной силой – судить предлагали даже за поступки, совершенные во время революции 1789 года.

Яростные дебаты шли пять дней, причем правительство ссылалось на право короля карать и миловать, а ультрароялисты апеллировали к демократическим ценностям, праву большинства. Масла в огонь подлил случившийся в это же время побег из тюрьмы некоего Лавалетта, сидевшего за переписку с Наполеоном, когда тот еще был на острове Эльба. Узнику помогла жена, во время свидания поменявшаяся с ним одеждой. Депутаты кричали, что побег подстроен полицией с ведома самого Ришелье. Даже король возмутился поведением ультрароялистов и сказал, что эти господа охотно подвергли бы чистке и его самого.

С большим трудом министерству удалось победить, перевес составил всего несколько голосов. Вместо казней и конфискаций постановили изгнать «цареубийц» и довести до суда дела нескольких десятков человек, внесенных в проскрипционный список сразу после Ватерлоо. Страна избежала вспышки бессмысленной реакции и ответного возмущения.

Другим успехом Ришелье было освобождение Франции от оккупационных войск. Вопреки сопротивлению правых он добился согласия палаты на заем в 300 миллионов франков, позволявший досрочно выплатить контрибуцию и удалить из страны иностранный корпус. На Аахенском конгрессе 1818 года герцогу удалось доказать союзникам, что реорганизованная французская армия сама сможет защитить Бурбонов. Европейские монархи с этим не особенно и спорили, поскольку боялись, как бы их солдаты не набрались во Франции революционного духа. К 30 ноября все оккупанты покинули Францию – на два года раньше объявленного срока.  

С этого момента герцог Ришелье считал свой долг перед родиной выполненным. Лавировать между умеренными и крайне правыми ему надоело, и в конце 1818 года он подал в отставку. Либеральные депутаты предложили назначить герцогу так называемое «национальное вознаграждение», он поспешил отказаться: «Я ни в коем случае не могу согласиться на то, чтобы из-за меня на плечи и без того отягченной нации взвалено было новое бремя… Уважения моей страны, благоволения короля и голоса моей совести с меня совершенно достаточно». Парламент тем не менее определил Ришелье пожизненную пенсию в 50 тысяч франков, тогда он пожертвовал ее в пользу госпиталей провинции Бордо.

Через год с небольшим Ришелье вернулся во власть – был убит наследник престола герцог Беррийский, и в стране возник кризис. Ультра жаждали крови Деказа – преемника Ришелье на посту главы кабинета, считая его виновником случившегося. Ришелье согласился возглавить правительство на условиях сохранения его прежнего состава, кроме Деказа. В конце 1820 года состоялись выборы, принесшие новый успех крайне правым. В этой атмосфере герцогу ничего не оставалось, кроме как вносить « как можно меньше таких законопроектов, которые способны возбуждать страсти». В письме одному из соратников он выдвигал прагматичный план: «Каналы, аграрный кодекс, проселочные дороги, улучшение администрации, общественные предприятия – вот что нам нужно... Чего я боюсь, так это предложений в пользу эмигрантов». Но именно эмигранты, «ничего не забывшие и ничему не научившиеся», жаждали возложить на французский  народ содержание их ненасытной армии. Брат короля, граф Артуа, обещавший вначале поддерживать Ришелье в центристской политике, открыто встал на сторону крайних. 15 декабря 1821 года министерство Ришелье было заменено кабинетом Виллеля. С этого момента Бурбоны утратили шанс на превращение Франции в либеральную монархию – попытки вернуть старый порядок во всем объеме через несколько лет привели к новой революции.

Герцог до этого не дожил. Его последним шагом в политике была попытка не допустить драконовских мер против печати. По новому законопроекту запрету подлежали газеты, поместившие ряд статей, по отдельности невинных, но в целом обнаруживающих «подрывную тенденцию». Очень редко выступавший в палате пэров, Ришелье не выдержал и потребовал ограничить право исполнительной власти на введение цензуры. Но и среди пэров большинство имели те же крайние – закон был принят.

17 мая 1822 года Арман Эмманюэль дю Плесси, герцог Ришелье скончался в возрасте 56 лет. Когда Людовик призвал его возглавить правительство, прежний премьер Талейран ехидно заметил, что король выбрал человека, гораздо лучше Франции знающего Крым. Старый лис ошибался – Дюк Ришелье понимал интересы своей первой и последней родины не хуже, чем интересы второй, и о собственном благе заботился куда меньше, чем о государственном.

 


Это интересно!

Николай Довгай

Среда обитания, ироническая повесть

Владимир Попков

Со свиданьицем, рассказ

Вячеслав Банифатов

Станция лето, стихи


 


Это интересно!

Николай Довгай

Человек с квадратной головой, рассказ

Лайсман Путкарадзе

Веснячка, рассказ

Вита Пшеничная

Наверно так в туманном Альбионе, стихи


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


 

Рассылка новостей Литературной газеты Путник

 

Здесь Вы можете подписаться на рассылку новостей Литературной газеты Путник и просмотреть журналы нашей почты

 

Нажмите комбинацию клавиш CTRL-D, чтобы запомнить эту страницу

Поделитесь информацией о прочитанных произведениях в социальных сетях!


Яндекс цитирования