Вс. Окт 2nd, 2022
Папа Карло

Глава десятая

Синьор Карабас Барабас

– Ну, кого там еще черти несут? – злобно зарычал Карабас Барабас.

Он сидел в широком кожаном кресле у пылающего камина и ковырялся вилкой в зубах.

Дверь открылась, и он увидел молодого человека, в шляпе и длинном темном плаще. За ним, как тень, следовал пухлый краснощекий парнишка.

– Комиссар Конфеткин из Дворца правосудия, – представился вошедший. – А это – мой помощник.

Сластена замер у порога в довольно эффектной позе: ноги – на ширине плеч, грудь выпячена колесом, а руки заложены за спину. Невозмутимый взгляд устремлен поверх головы доктора кукольных наук.

– Рад! Очень рад! – залебезил директор. – Какая высокая честь! Проходите, проходите, присаживайтесь, господа!

Он сделал радушный жест. Комиссар неторопливо опустился на стул, бросил за щеку леденец и закинул нога на ногу.

– Мне хотелось бы обсудить с вами одно дело. Если вы, конечно, не против.

– Нет, нет! Что вы! Что вы! – замахал руками директор театра, изображая на своем лице бурную радость. – Ни в коем случае! Напротив, всегда, всегда рад услужить многоуважаемым органам правосудия!

– Вот и отлично, – сказал комиссар. – Меня интересует некто по имени Буратино. Вам что-то известно о нем?

– Буратино, Буратино… – забормотал Карабас Барабас, закатывая глаза и задумчиво почесывая бороду. – Нет, что-то не припоминаю.

– Ну, как же. Худощавый, в коротких штанишках, с острым носом, – напомнил комиссар. – На голове – колпачок с кисточкой. Во вторник он был у вас на представлении, затем его видели на сцене во время интермедии 33 пощечины. После чего, на глазах многочисленных зрителей, он был унесен вами за кулисы. Все это будет не так уж трудно доказать в суде.

– Ах, да! Да, да! – Карабас Барабас хлопнул себя ладонью по лбу. – Вы знаете, теперь я, кажется, припоминаю! Действительно, этот юнец выскочил на сцену во время спектакля и едва не сорвал представление! Пришлось убрать его за кулисы.

– Этим дело и ограничилось?

– Ну… знаете ли… пришлось сделать этому озорнику небольшое внушение, – смущенно развел руки доктор кукольных наук. – Объяснить ему, что так не подобает вести себя в театре. Но, когда выяснилось, что мальчик почти сирота, я растрогался чуть не до слез…

Карабас Барабас потупил взгляд и нервно затеребил кончик носа.

– Знаете, комиссар, ведь внешность иногда бывает обманчива… По мне, может быть, этого и не скажешь, но порою я бываю очень сентиментален… (синьор Карабас Барабас всхлипнул). Конечно, иной раз приходится делать вид, что ты суров – надо же как-то держать в узде всю эту актерскую братию… Но когда малыш рассказал мне, что живет в коморке старого больного шарманщика Карло… (Карабас Барабас вновь всхлипнул) Что он – единственная опора в его нелегкой жизни… На меня что-то накатило. Вспомнил свое босоногое детство… Старенького отца… И до того умилился! (тут директор чхнул с такой силой, что с гвоздя на стене упала сковорода) Вы знаете, комиссар, в нашей профессии приходится и самому быть в глубине души ребенком. Поэтому я обласкал Буратино, как мог, обогрел его, обсушил на гвоздике… И, хотя поначалу был чертовски зол на него, в конце концов дал ему 5 золотых монет для его старенького отца. А затем отпустил на все четыре стороны. Вот и вся история, комиссар.

– И вам больше нечего добавить к сказанному?

– Абсолютно.

– Если не ошибаюсь, недавно вы поместили объявление в «Тарабарских ведомостях» об исчезновении одной из ваших актрис по имени Мальвина?

– Поместил, поместил! И даже посулил щедрое вознаграждение тому, кто укажет ее местонахождение.

– Это что-нибудь дало?

– К сожалению, нет.

– Как вы полагаете, что с ней могло произойти?

– Вероятно, сбежала с каким-нибудь вертопрахом. Я уже давно подозревал, что она водит шашни с одним из моих лирических актеров.

– А, может быть, с ней дурно обращались?

Пока комиссар бил вслепую. Директор почесал бороду.

– Не думаю. Конечно, в актерской среде в ходу всякие колкие шуточки. Но чтобы из-за этого убегать…

– Не было ли между вами и Мальвиной каких-либо трений?

– И как вы могли подумать такое о, Боже мой! – Карабас Барабас воздел руки над головой. – О, Боже мой, комиссар! Да ведь я для своих кукол – все равно, что отец родной. Уверяю вас, у нас были самые сердечные отношения!

Он достал из кармана штанов большой платок и стал утирать им глаза. Конфеткин поднялся со стула.

– Что ж, благодарю.

Доктор кукольных наук отнял платок от лица и заулыбался:

– Всегда рад видеть вас, комиссар! Если будет нужно что-нибудь еще – заходите, не стесняйтесь.

– Что ж, возможно, я воспользуюсь вашим приглашением, – сказал Конфеткин, покидая кабинет.

За дверью он неожиданно столкнулся с королевой.

– Не верьте ему, – горячо зашептала королева. – Этот Карабас Барабас – ужасный лгун! Он все врет! Сначала он хотел бросить в горящий камин бедного Буратино, чтобы изжарить на нем себе жаркое. Но когда тот рассказал ему о каком-то очаге, вдруг передумал. Почему? Все говорят, что тут скрыта какая-то тайна! А Мальвина убежала от него, потому что не выдержала его грубого обращения. Я, может быть, тоже сбегу. Уж лучше коров доить, чем терпеть постоянные издевательства этого мужлана!

Продолжение 11 Лирический актер

About Post Author

от Николай Довгай

Довгай Николай Иванович, автор этого сайта. Живу в Херсоне. Член Межрегионального Союза Писателей Украины.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.