Архив

2010

2008-2009

2006-2007

Главная

О сайте

Авторы

Музыка

Ссылкми

Электронные книги

Гостевая

Связь

Николай Довгай

Приключения Конфеткина!!!!

Дело об исчезновении Буратино,

повесть

В созвездии Медузы

роман

Поэзия

Павел Бессонов

Взводный

Дядя Толя еще петушком,

Чуть хромая, ступает бойко.

Допоздна над его столом

Лампа светит. Пустует койка.

У него на столе роман -

Он запоем читает книги

Про туземцев-островитян,

Про дворян французских интриги.

Мемуары дарить ему зря.

Лишь промолвит: "Пустая трата!

Сочиняют их писаря

В генеральских чинах, не солдаты".

Чуть смягчится колючесть глаз,

Если выпьет на праздник рюмашку.

– Прекрати про войну свой рассказ.

Разве видел войну ты, Пашка?

Он-то видел всю кровь и грязь,

Всю изнанку войны. И все же,

Хоть и вправе сказать не стыдясь,

Обо всем поведать не может.

У него хромая нога:

Напоролся в атаке на мину.

В грудь ранение – пулей врага,

Ножевое –  от "наших", в спину.

Он рукою, что мелко дрожит,

К горькой рюмке тянется снова...

Бывший взводный, оставшийся жить,

Из погибшего взвода штрафного

.

Ирина Гирлянова

Ругались бабки

на базаре.

Они друг другу

всё сказали.

Всё, что могли

и не могли.

И, плюнув,

по домам пошли.

Там, в старых хатках,

под «кукушкой»,

сидели молча

две старушки.

У каждой

кошка и комод.

У каждой

вдаль

который год

смотрело фото

со стены…

И кто-то не пришёл с войны.

Вита Пшеничная

Крещение

Смутно помню – небо синее,

Шепот люда за спиной,

Купола в колючем инее

Возвышались надо мной.

Все, что было мной загадано,

Что сбылось давно уже

Терпким ароматом ладана

Разливалось на душе,

На молитву приглушенную

Отзывался сердца стук,

Я несла свечу зажженную

На последний, третий круг.

Николай Ганебных

Памяти поэта

Когда  слова уйдут, и небо почернеет,

И в землю упадет, окаменев, душа,

Увидите, слова  камней сильнее,

Хотя они – лишь след карандаша. 

Ушел поэт, но вы откройте двери.

Скажите так:

– Вот он, хитрец каков!

Он здесь, он с нами,

Потому что верил

В переселенье вечное стихов.

Николай Довгай

Жар-птица

Домой возвратилась уныло,
Сбросила тяжкий рюкзак.
Скрипучую дверцу открыла.
Повесила модный пиджак

Умылась. Тронула ходики.
И распахнула окно.
За деревянным столиком,
Стучат жильцы в домино…

Вздохнула. И стала, угрюмо,
Из рюкзака вынимать,
Тягучие черные думы,
Присев на немую кровать.

Под ними обиды слоились,
Заботы и суета…
На самом дне затаилась
Ее девичья мечта…

И – комната вдруг озарилась
Умолкло внизу домино:
Жар-птица, сверкая, спустилась,
В ее расписное окно.

Поднялась. Несмело шагнула.
Хотела ее поймать.
Худые руки взметнула.
Молила не улетать!

Но тут ее снова позвали
Обиды и суета.
Седые сумраки встали.
Ее упорхнула мечта…

Стояла… Слушала ходики…
Потом поглядела в окно.
За деревянным столиком,
Стучали жильцы в домино.

Николай Ширяев

Ракурс

Девушку вычертишь черта лысого,

Суть ее не видна.

Как она все же умеет вписывать

Формы в квадрат окна.

Нате, глядите, друзья-поклонники,

Главный знаток - держись.

Сядет в развалку на подоконнике,

Словно бы так всю жизнь.

Слиться с квадратом - какие трудности

И не отнимешь взгляд.

Видно, изгибам ее, округлостям

Блеск придает квадрат.

На, рассмотри, дорогой емелюшка,

Чудо всея Земли

Видно, оконный проем и девушка!

Долго навстречу шли.

Александра Барболина

Вновь моя уставшая дорога

Возле церкви тихой пролегла.

Редко вспоминаю я о Боге,

Я забыла, что душа – светла.

И под небом, выцветшем от солнца,

На краю большого пустыря,

Этой церкви крошечной оконца,

Как слепцу – приход поводыря.

Но опять, шагов не замедляя,

Я пройду намеченным путем,

Ничего о вечности не зная,

Грешная, наивная, земная,

Мысли о расплате оставляя –

По привычке старой – на потом.

Лада Федоровская

Несоответствие

Пройдя всех учений «измы»,

Не стали мудрее мы —

Наградой нам катаклизмы

И страх не тюрьмы, так сумы.

Во власть отдана транжирам,

Планета идет с молотка.

...Меня примиряет с миром

Бабочка в чаше цветка.

Таисия Пирович

Галасеевский парк

Галасеевский парк –

Над ярами алеечки.

И озёра - лежат,

Между ними скамеечки.

И качели скрипят.

От морозца, продрогшие.

Мои ноги скользят.

От снега, промокшие.

Лезу в гору, на кручи

Упираясь во мхи.

Мне бы выше под тучи

далеко от Земли.

Под ногами просторы

За спиною огни.

Позолота соборов

И в ажуре - кресты

И приволье такое,

Даже страшно дышать

Я люблю те просторы

в сердце б их удержать

17.11.2007 23:09

Лидия Комар

Для ненародженої онучки

Моє дівчатко яснооке,

Мій слід єдиний на землі,

Не знана мною, та Бажана,

Як хліб пшеничний на столі.

Моя онученька ласкава

Заходиш часто в мої сни

І тупотять в саду дрібненько

Маленькі ніженьки твої.

Хоч ще нескоро наша зустріч

Я ж ніжності не розділю,

І ненародженій онучці

Стиха повторюю: люблю.

Виктор Иванов

1.

По русским прелым вызревшим лесам

Да по разбитым скорбями дорогам,

На состраданье вдохновленный Богом,

Я прохожу, покорный Небесам.

Гнилой сентябрь листвою по ногам.

Гнилой сентябрь. И месяц дряхлым рогом.

Я вижу Русь в величии убогом –

До первой кладки разоренный храм.

Равно гнетут и искренность, и слухи.

Вот скорбный лик безропотной старухи,

И в лике этом вся моя страна –

Безропотная, нищая, святая.

Я виноват. Но в чем моя вина?

Я прохожу, любя и сострадая.

Полная версия

Проза

Николай Довгай

Лапшин против манекенов

повесть

Владимир Попков 

Со свиданьицем

рассказ 

Владимир Численский

Gloria Dei повесть